Машинное обучение поможет раскрыть таланты

— Наше движение появилось несколько лет назад, его основателями были руководители ряда образовательных проектов. Дело в том, что в нашей иерархичной системе образования ребятам, которые хотят узнавать интересное и новое, зачастую очень сложно решить, за что именно браться. Школьная система и вузы сильно зарегулированы, переходы из одной системы в другую тоже. В этом смысле очень часто самое интересное происходит в дополнительном образовании, но мы-то хорошо понимаем: важно, чтобы все это образовательное пространство было связным. В нашей стране не хватает таких горизонтальных связей между разными институциями, людьми и кспертами. И мы решили их создать.

Несколько лет назад мы нарисовали карту, в которой все эти институты: проектные конкурсы, гранты, инженерные соревнования, — изобразили в виде замков, рыцарей и драконов. Несмотря на шутливый характер, эта карта, по сути, представляла собой сеть, и нашей задачей было сделать так, чтобы она функционировала как живой организм: проекты дополняли друг друга, участники образовывали новые рабочие группы и т.д. Одним словом, чтобы имела место синергия знаний и опыта. Затем эта инициатива в рамках Национальной технологической инициативы (НТИ) оформилась в дорожную карту, и одновременно с ней мы создали ассоциацию, задача которой как раз и состояла в организации горизонтальных связей.

Отдельно отметим, что мы не конкурируем, а сотрудничаем с существующей вертикальной системой образования.

— Когда мы запускаем новые форматы, такие как Школа наставников или Олимпиада НТИ, мы делаем это в партнерстве с вузами.

Традиционные каналы поступления в вуз у школьника связаны либо с заучиванием ЕГЭ, либо с обычными олимпиадами, которые, по сути, тоже связаны с «натаскиванием» на результат: Олимпиада НТИ была предназначена для того, чтобы дать шанс детям, которые умеют работать в команде и быстро осваивать информацию. Эти навыки очень важны в современном мире, но ни ЕГЭ, ни традиционные олимпиады их не выявляют. Вузам такие абитуриенты очень интересны, поэтому они охотно работают с нами. Для Национальной технологической инициативы также критически необходимо большое количество талантливых подростков, поскольку без соответствующих кадров новые технологии и рынки не заработают.

— Сейчас в стране сотни тысяч талантливых молодых людей участвуют в различных инициативах и проектах. Нам нужно отслеживать траекторию каждого молодого человека из этих сотен тысяч, потому что их портфолио — серьезный капитал, который в будущем может быть куда важнее баллов по ЕГЭ, по крайней мере для работодателей. При этом цифровая платформа будет интересна и для стейкхолдеров — специалистов кадровых агентств и технологических компаний. Сейчас, до введения платформы в эксплуатацию, школьников приходится координировать несколько устаревшими методами. При этом система постоянно усложняется: проводится все больше мероприятий, появляется все больше их потенциальных участников, — и если мы не начнем аккумулировать всю информацию о них, то потеряем важнейшие материалы для анализа.

— Когда вы работаете с небольшим сообществом, ограниченным сотней-другой людей, их взаимодействие легко отследить вручную. По мере развития, когда сообщества разрастаются до десятков тысяч участников, данные приходится приоритизировать все тщательнее, и если вы работаете вручную, многие люди отсеиваются — они не подходят по формату, а это неправильно с точки зрения развития человеческого капитала. В нашем случае речь идет о сотнях тысяч людей, и информатизация здесь жизненно необходима, поэтому ручная работа уже не поможет.

— Наша задача состоит не в том, чтобы заменить все существующие российские платформы и институты. Мы хотим создать систему, которая станет хабом в этом «зоопарке» различных цифро-вых систем, накапливающих данные о людях. Мы хотим аккумулировать эти данные и запросы к ним, уметь сопоставлять участников между собой. Поэтому я бы выделил два основополагающих принципа платформы. Первый — сопоставление данных, собранных из разных источников,и организация соответствующих  правил. Второй, в котором особенно важны компетенции вашей компании, — анализ этих данных. При тех объемах, которые мы предполагаем, собрать данные вручную невозможно, и тут понадобятся алгоритмы, в том числе машинного обучения, которые позволят отсеять определенное количество заведомо мусорного трафика.

— Проект находится в стадии предстарта, мы планируем запустить его в ближайшие месяцы.

— Нам никуда не уйти от создания сбалансированной политики соглашений, потому что все участники конкурсов и олимпиад дают соглашение на обработку данных. Необходимо нормативно зафиксировать те правила, по которым мы могли бы этими данными обмениваться. Очевидно, что необходимо отвести бóльшую роль самоопределению пользователя, чтобы он понимал, какие типы данных готов вносить в эту систему. А мы будем разрабатывать общие рекомендации по правильному заполнению портфолио в соответствии с нашей сквозной идеей — сформировать цифровой след человека, собрать в одной базе его успехи и опыт, который он накапливает.

— Консолидированное хранение этих данных, безусловно, имеет свои технологические преимущества. Но здесь есть и свои сложности, и главная из них заключается в нормативно-экономической стороне вопроса, ведь для многих компаний эти данные составляют один из ключевых ресурсов, и просто так делиться ими они не будут. Поэтому речь идет о том, что необходимо выработать определенные правила: должна быть не только консолидация данных, но и сетевой формат работы, когда по запросу о конкретном человеке получаешь данные у определенных систем. Здесь опять же важна роль машинного обучения. Ведь в этот массив мы можем включать всю информацию, которую посчитаем важной или необходимой, будь то показатели фитнес-трекера или время игры в World of Tanks, если человек готов такими данными поделиться. Конечно, никто не будет их обрабатывать вручную.

Если говорить о конкретных объемах данных, та же Олимпиада НТИ собирает десятки тысяч участников: в этом году мы планируем перейти порог в 50 тысяч человек. Через несколько лет этот показатель может вырасти до миллиона. Всего в России 11–12 млн школьников 6–11-х классов, и наша глобальная цель — собрать их всех. Но подавляющее большинство из них не мотивированы, поэтому мы прежде всего говорим о прослойке суперактивных энтузиастов. В любом случае, если мы сможем собрать миллион детей, это будет гигантский прорыв.

— Пока машина научится качественно оценивать людей, придется накопить очень много данных, причем верифицированных. И мне кажется, нет смысла демонизировать такую оценку, потому что у всех технологий есть определенное ограничение. Даже когда мы берем человека на работу, помимо формальных качеств, таких как запись в дипломе или стаж работы, мы всегда оцениваем его человеческие качества. И в этом смысле есть аспекты, в оценке которых поможет машинное обучение, а есть аспекты, при оценке которых машина в ближайшее время не поможет. Я уверен, что в работе HR еще очень долго будет важна человеческая составляющая.

Другой вопрос, что сейчас при подборе специалистов пользуются такими примитивными инструментами, как теги на HeadHunter. Если у нас будут более точные инструменты, основанные на больших данных, можно будет в десятки раз сократить время, потраченное на перебор вакансий. Машина и машинное обучение — это инструмент, который поможет убрать рутинную работу и будет развивать бизнес.

— Как я уже говорил вначале, классическая олимпиадная система важна, но, по сути, сейчас это башня из слоновой кости, в которой есть несколько устоявшихся типов задач. Это хорошо видно, когда вы работаете с олимпиадниками серьезного уровня, победившими на всероссийских соревнованиях. Этот статус совершенно ничего не гарантирует. Среди них встречаются дети, которые детально разби- прикладные задачи. Но есть и те, кто просто распознает или не распознает привычные формулировки, т.е. явно натаскан на решение определенных задач. И в этом заключается первая проблема: традиционные олимпиады перестали выполнять функцию «лифта», слишком много зависит от времени, потраченного на натаскивание, слишком мало — от самого ребенка. Вторая проблема: у многих талантливых школьников отсутствует мотивация для участия в реальных проектах из-за чудовищного разрыва между школьными предметами и реальностью. 

В ИТ этот разрыв чувствуется особенно остро, поэтому мы решили создать свою олимпиаду, по стилю отличающуюся от других. В течение нескольких дней ты работаешь в команде с близкими тебе по духу людьми, в формате хакатона, сидя на пуфиках, разрабатываешь свой проект. Прямо здесь и сейчас побеждают те, кто лучше умеет работать, кто лучше подготовлен и показывает хорошие ре  зультаты на короткой дистанции. Причем попасть на олимпиаду можно через онлайн-отбор, даже из сельской школы, самоучкой, но в дальней шем ты уже остаешься в среде, и среда поддерживает. Пока не заработала платформа талантов, нередко команды у нас формируются в соцсети «ВКонтакте»: ребята сами ищут друг друга, а потом продолжают работать вместе.

Почему мы выбрали именно олимпиадный формат, а не привычный формат хакатона? Необходимо, чтобы лучшие участники могли спокойно поступить в вузы, избежав ненужной зубрежки, на которую тратится много времени и сил. Наша олимпиада входит в список официальных российских олимпиад и дает 100 баллов ЕГЭ, т.е. победители и призеры могут поступить в ведущие технологические университеты. Мы соблюдаем очень сложный баланс, чтобы олимпиада была понятна системе образования, но при этом не потеряла свою изюминку, связанную с новыми технологиями.

— По сути, да. В то же время это мост между школьным образованием и работой настоящих инженеров. Нельзя взять обычные бизнес-задачи, набрать детей с улицы и посадить их за работу. Для школьников необходимо адаптировать реальные задачи без потери их ценности, а участники должны обладать определенными навыками и быть подготовлены, чтобы успешно эти задачи решать.

— На самом деле это уже происходит даже без нашего участия. Например, участники трека «Большие данные и машинное обучение» активно участвуют во взрослых хакатонах и побеждают, получая гранты. Иначе говоря, нам удалось набрать сильных молодых энтузиастов и дать им импульс, после которого они пошли на крупные мероприятия и теперь решают задачи наравне с профессионалами.

Подобных мероприятий в стране немало, и цифровая платформа должна помочь молодым людям сориентироваться в их многообразии. Сейчас у нас слабая связность: технологический мир живет в одной парадигме, а все понятные школьникам форматы — в другой. И одна из важных задач платформы — совместить эти парадигмы.

— Как сообщество мы существуем не так долго — примерно с 2012 г. Поэтому сейчас наши самые яркие примеры — наши же выпускники, которые перешли в роль наставников или разработчиков. Некоторые приезжают к нам волонтерами или участвуют в совместных студенческих мероприятиях. Но в наших проектах был фокус на школьников, а не на студентов, поэтому между образовательными проектами и трудоустройством сохраняется серьезный разрыв. В свою очередь, работодатели трезво оценивают, что нельзя возлагать слишком большую ответственность на молодого человека в этот период — сразу после окончания школы он должен пробовать, искать то, что ему интересно, ошибаться, нарабатывать опыт. Нет смысла сразу же выдавать ему какой-то контракт и трудоустраивать — это глупость полнейшая. Поэтому компании не ищут себе сотрудников на уровне школы.

Самое продуктивное взаимодействие у нас складывается с большими компаниями, готовыми работать для развития среды. И если они понимают, что кто-то уйдет к конкурентам из этой же среды, ничего страшного. Потому что сейчас они конкурируют не друг с другом, а с другими отраслями. Например, с Высшей школой экономики, куда многообещающий программист может уйти впоследствии и стать, например, юристом.

— В качестве «насоса», который будет привлекать детей на проекты, мы в первую очередь рассматриваем Олимпиаду НТИ. Она позволяет школьнику выйти за пределы программы, заняться реальными проектами, познакомиться с профессионалами, понять и принять их ценности, что для нас принципиально важно. Один из базовых элементов привлечения — это продвижение в соцсети «ВКонтакте». Наиболее мотивированные школьники встречаются на хакатонах и на «Хабре», с ними мы уже научились работать. Недавно мы опробовали рекламу у видеоблогеров, и они привели к нам огромное количество детей, причем таких, которых мы через другие способы зацепить не могли.

— Принципиальная задача, которая сейчас стоит перед нами, — это интеграция. С момента, когда мы задумали цифровую платформу, появилось много серьезных проектов, которые будут заниматься сбором и анализом аналогичных данных. Например, «Университет–2035» или проект WorldSkills «Билет в будущее» по профориентации детей. Всех таких крупных игроков нужно закладывать в архитектуру уже сейчас. Мы не должны конкурировать, мы должны выступать в роли интегратора, который может стать институтом, полезным для всех. Иными словами, нужно выстроить элементы экосистемы, очевидной для всех участников.